Внимание! Важное сообщение!

Posted January 1st, 2016 at 6:48 pm (UTC+0)
10 comments

Уважаемые читатели и комментаторы

Эта площадка в скором будущем прекратит свое существование. Вместо нее “Голос Америки” начал публикацию видеоблогов http://www.golos-ameriki.ru/section/cohen-video-blog/5584.html

Приглашаем к обсуждениям и дискуссиям.

До новых встреч!

 

Американо-российские отношения: итоги года и прогнозы на будущее

Posted December 28th, 2015 at 5:03 pm (UTC+0)
134 comments

Год назад Соединенные Штаты и их западные союзники, казалось, достигли консенсуса. Агрессия России в Украине и попытка Москвы разрушить установившийся в Европе после Холодной войны миропорядок сделали очевидной невозможность партнерских отношений с Россией, по крайней мере – пока она следует этим курсом. Еще год назад все выглядело так, будто разногласия между сторонами перевешивают взаимные интересы. Президент Барак Обама заявлял об успехах усилий его администрации по изоляции России, а российские власти – о том, что в Кремле утратили всякую надежду на сотрудничество с Белым домом, по крайней мере до тех пор, пока в 2017 г. там не появится новый хозяин.

Однако год прошел, и развитие кризиса в Сирии и Украине, а также ошибки американской дипломатии вынудили Вашингтон отступить от жесткой линии. Так, например, в ходе переговоров по Сирии Госсекретарь Джон Керри искал пути сотрудничества с Россией и пошел на сближение американской позиции с российской в вопросе о роли президента Сирии Асада, при этом стараясь сохранить жесткую линию по вопросу Украины.

Начнем с того, что подход Вашингтона к отношениям с Россией в целом в последние годы был полон противоречий. Официальные представители администрации Обамы часто принижали серьезность российской угрозы – так, например, в отношении Украины, сигналы подавались подчас смешанные.

С одной стороны, США выражали поддержку сделанному Украиной выбору в пользу ориентации на Запад, введя санкции, чтобы наказать Россию за войну в Украине. С другой стороны, как пишет Фред Каплан в последнем номере журнала Foreign Affairs, по мнению Барака Обамы, Россия имеет «жизненные» интересы в Украине, и поэтому американская поддержка Киеву не должна «провоцировать» Москву.

Во-вторых, политике Обамы в отношении России всегда не доставало стратегии. Хотя ему следует отдать должное за успех администрации по сплочению западного альянса в деле поддержания режима санкций, однако какова конечная цель этих санкций? Должны ли они повлечь изменение режима в России? Или принудить Путина изменить агрессивную внешнюю политику под давлением внутреннего экономического кризиса? Или же цель – поддержание санкций на достаточно низком уровне, чтобы не допустить раскола среди европейских союзников?

Окончательная архитектура соглашения по санкциям стала результатом компромисса: Вашингтон не стал полностью перекрывать торговлю, ограничившись заморозкой активов и ограничениями доступа к финансовым рынкам для отдельных лиц и компаний, но окончательные цели этих шагов пока не просматриваются.

Санкции, неоспоримо, способствовали сползанию России в экономический спад, возможно также, что они вынудили Путина отказаться от военной агрессии и перейти к экономическому, политическому и дипломатическому давлению на Киев. Однако я не вижу признаков того, что Россия окончательно отказалась от своих целей по нейтрализации Украины.

В свою очередь, Россия придерживается неизменной внешней политики – по крайней мере с того времени, когда Владимир Путин вернулся в президентское кресло. Запад считает бывшие постсоветские республики полностью суверенными государствами, а Москва – всего лишь регионами, над которыми следует восстановить российскую гегемонию. Кремль создает дополнительные проблемы своими попытками внести раскол в ЕС путем использования пропаганды, а также при помощи кооптирования, а то и прямого подкупа представителей европейских элит. Все это подтверждает, что цели внешней политики Путина остаются прежними – вернуть России на позицию сверхдержавы, и коренным образом изменить миропорядок, в котором, как он считает, доминируют США.

Несмотря на то, что российской дипломатии удалось добиться определённых успехов в уходящем году, в целом итоги 2015 для России оказались неоднозначными. С одной стороны – Москва вернулась на международную арену, поспособствовав успеху переговоров по иранской ядерной программе. Неожиданная российская интервенция в Сирии выглядела как возврат России в статус постоянного игрока на Ближнем Востоке.

Смещение Кремлем акцента в Украине с военных действий на дипломатию поколебал, но так и не разрушил единство Запада по вопросу санкций. В своих попытках разрушить действующую систему международных отношений, Москве так и не удалось предложить альтернативу. Ее «разворот» в сторону Китая пока что не принес никаких ощутимых экономических выгод. Несмотря на то, что Россия остается наибольшим мировым производителем нефти, и активно модернизует свою армию, ее экономические показатели продолжают затяжное падение, коррупция по-прежнему повсеместна, а вера населения в способность правительства удовлетворить социальные запросы граждан – падает.

В канун 2016-го – последнего года второго президентского срока Барака Обамы – можно с достаточной долей уверенности предположить, что и в наступающем году в американо-российских отношениях будет доминировать напряженность по проблемам Сирии и Украины. Несмотря на то, что ЕС недавно продлил санкции против России за аннексию Крыма на 6 месяцев, уже начинаются разногласия по вопросу о том, как долго сохранять их в дальнейшем против крупнейшего торгового партнера ЕС. Можно также ожидать, что тема политики в отношении России будет одной из значительных в стартующей в США президентской кампании.

На мой взгляд, причины экспансионизма России следует искать в ее внутриполитической динамике, а не в том, как относятся к Москве США и Запад. После распада Советского Союза, как показывает недавнее исследование Chatham House, Россия так и не смогла найти удовлетворительную модель развития. В 2016, скорее всего, цены на нефть останутся низкими, уровень жизни в России продолжит падение. Инфляция останется высокой, безотносительно к тому, будут ли продлены санкции.

Какими бы массированными ни были усилия пропагандистской машины Кремля, цель которых – внушить общественности тезис о возрождении статуса России как глобального игрока – Путину будет трудно сохранить свой рейтинг.
Как отмечает журнал Economist, с учетом предстоящих во второй половине года выборов, а также уже имевших место в недавнем прошлом массовых уличных демонстраций, можно ожидать, что президент Путин вновь прибегнет к разжиганию милитаристской риторики, популизму и репрессиям. Все это может стать тестом и для политики Вашингтона – ведь ранее администрация Обамы относила демократизацию путинского режима к числу важных целей американской дипломатии.

Сирийская кампания в информационном тумане

Posted December 10th, 2015 at 5:19 pm (UTC+0)
600 comments

Россия серьезно потратилась на медийный аппарат, целью которого является дискредитация Запада и пропагандистское оправдание политики Кремля. Финансируемые Москвой СМИ распространяют лживую информацию не для поддержки официальной идеологии, как это было во времена Холодной войны, а для того, чтобы посеять своего рода информационный хаос. Чаще всего эти технологии ассоциируют с аннексией Россией Крыма и захватом восточных регионов Украины, однако они также распространились и на сирийскую кампанию.

На следующий день после того, как был сбит российский самолет возле сирийско-турецкой границы, прокремлевские каналы показали интервью с человеком, которого представили как штурмана сбитого СУ-24 Константина Мурахина. Этот человек отрицал то, что российский штурмовик нарушал турецкое воздушное пространство, таким образом, подкрепляя утверждения Кремля и опровергая аргументы Турции.

Несмотря на то, что многие западные медиа процитировали это интервью, медиа-аналитики Би-Би-Си выразили сомнение в том, что данное заявление действительно было сделано штурманом сбитого самолета. Ссылаясь на очевидные нестыковки эксперты заявили, что налицо – фальсификация, что, во-первых, интервью выглядит инсценировкой, а в некоторые местах – подделано, во-вторых – физическое состояние этого мужчины, называющего себя Мурахиным, вызывает сомнения, после катапультирования выглядят не так. Обращает на себя внимание, что вся операция по освобождению Мурахина каким-то странным образом не получила широкого освещения на государственных телеканалах, которые никогда не упускают случая похвастаться успехами военных.

Вся эта история не стала исключением в извращенном отражении Кремлем сирийского кризиса. Российские СМИ незамедлительно обвинили США в том, что СУ-24 был сбит по приказу США и ЕС, и что его сбили скорее ЦРУ, а не турецкие воздушные силы. Не было приведено никаких доказательств, поддерживающих эти утверждения. Затем российские медиа обрушились на Турцию за ее якобы имеющиеся связи с ИГИЛ. Доказательством послужило некое фото, на котором сын президента Эрдогана якобы запечатлен с лидерами ИГИЛ. На поверку эти люди оказались владельцами ресторана, которые фотографировались с именитыми гостями.

Следующая фальшивка – не предъявив никаких фактов, российские медиа обвинили Украину в поставках оружия ИГИЛ. Кремлевская пропагандистская машина ухватилась эту тему, ведь к главной цели – Украине – добавилась Турция, а США и без того уже давно являются «главным врагом» в российских СМИ.

Турцию связывали с ИГИЛ, особенно в теме поставок нефти. Эрдоган лично и Турция в целом обвинялись в финансировании террористов, иногда, как рассказывали российские медиа, в этом их поддерживал Евросоюз. Среди новых тем информационной кампании России – «возрождение нацизма в Германии», причем у истоков создания нацизма по версии Москвы оказались евреи (при пособничестве США и Британией). «Российская газета» недавно обвинила Киев в запрете Деда Мороза. Как бы то ни было, но лживые вбросы российских источников по поводу инцидента стали просачиваться и в европейские СМИ.

Освещение сирийской кампании, таким образом, отображает систематические кремлевские технологии по раскручиванию конфронтации на информационном поле, манипуляции целевой аудиторией, распространению конспирологических теорий. В этих целях используется внедрение множества вымышленных версий для запутывания слушателей, а иногда задействуется религиозный символизм для подкрепления заявлений про российское моральное превосходство.

Более конкретно, эти технологии имеют три формы: во-первых – отвлечение массового внимание от какого-либо факта лживой информацией, путем перегрузки всего медийного пространства, использованием блефа, распространением псевдо-новостей и искусственным нагнетанием другого кризиса, чтобы отвлечь внимание от реальных событий. Во-вторых– прямое искажение информации, вброс обвинений в сторону «врага», вынуждая его тем самым оправдываться, отрицать очевидные фабрикации, тратя на это ресурсы и время. В-третьих – изъятие отдельного элемента из информационного потока, таким образом влияя на процесс принятие решений «врагом». Это может быть сделано через отрицание всех заявлений, или прямыми нападками и обвинениями в адрес того, кто делает эти заявления.

Наконец, оппонента можно шокировать вбросом некоей альтернативной информации, неожиданными действиями или провокационной тактикой. Такие действия нацелены на то, чтобы послать сигнал выбранному «врагу»: его выступления против России могут иметь для него катастрофические последствия.

Тем не менее, несмотря на все усилия по ведению информационной кампании по Сирии, пока рано судить, достигли ли российские власти своих целей. Напротив, на мой взгляд, еще меньше людей в мире стали верить кремлевской пропаганде о ходе войны, а последняя информационная кампания вообще серьезно омрачила отношения с Турцией. Действительно, результаты кремлевской информационной кампании в Крыму, восточной Украине позволяют говорить об эффективности информационного оружия.

Также очевидно, что открытость и плюрализм западных СМИ могут быть использованы против самих этих обществ. Поэтому для того, чтобы дать адекватный ответ на использование Россией информационного оружия, Западу важно лучше понимать его сильные и слабые стороны.

Сбитый бомбардировщик осложнил урегулирование сирийского конфликта

Posted November 25th, 2015 at 4:43 pm (UTC+0)
412 comments

Напряженность в одном из самых взрывоопасных регионов мира еще больше возросла после того, как турецкие ВВС сбили российский фронтовой бомбардировщик в районе, примыкающем к турецко-сирийской границе. Один из катапультировавшихся пилотов погиб – вероятно, в результате обстрела с земли, который вели сирийские туркмены, поддерживаемые Анкарой. СМИ также сообщили, что в ходе операции по поиску и спасению летчиков был обстрелян российский вертолет, в результате чего погиб морской пехотинец. Второму пилоту бомбардировщика, как сообщают сегодня российские СМИ, удалось спастись.

Турция заявила, что российский СУ-24 неоднократно нарушил воздушное пространство и проигнорировал десять предупреждений (в среду в СМИ появились записи фонограммы контактов турецких F-16 c российским самолетом). Сразу после трагического инцидента Москва и Анкара обменялись воинственными заявлениями – президент Путин назвал происшедшее «ударом в спину», нанесенным России пособниками террористов, вызвав новые опасения по поводу возможной эскалации сирийского конфликта. Стоит отметить, что на протяжении нескольких недель Турция неоднократно обвиняла российские ВВС в нарушении ее воздушного пространства. В середине октября турецкие военные сбили в регионе дрон российского производства.

Однако еще одной жертвой событий 24 ноября стали перспективы создания новой международной коалиции по борьбе с террористами ИГИЛ. После чрезвычайного заседания НАТО, созванного по инициативе Турции, генеральный секретарь альянса Йенс Столтенберг выступил в поддержку действий Анкары, однако призвал обе стороны к сдержанности и де-эскалации. В Вашингтоне, выступая в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с президентом Франсуа Олландом, президент Обама заявил, что Турция имеет право защищать свое воздушное пространство.

Президент США также подчеркнул, что инцидент продемонстрировал опасность военной стратегии России в регионе, и необходимость скорейшего политического урегулирования в Сирии. В четверг, как ожидается, президент Франции прибудет в Москву, чтобы предпринять еще одну попытку подключить Россию к усилиям международной коалиции, необходимость которой стала еще более очевидной после недавних терактов в Париже.

До сих Путин использовал кризис в Сирии для достижения двух взаимоисключающих целей – с одной стороны, поддержать распадающийся режим Башара Асада, с другой – восстановить статус России как мировой державы после месяцев изоляции странами Запада, вызванной действиями Кремля в Украине, представить интервенцию в Сирии как решающий вклад в глобальную войну с терроризмом, и возобновить стратегическое партнерство с США. Тем временем, США и их союзники были встревожены растущим вмешательством России в Сирии, и настаивали на том, что Асад должен уйти – при этом Запад заявлял о готовности принять военную помощь России в борьбе против ИГИЛ, и достижении дипломатического разрешения сирийского кризиса.

За период после терактов в Париже российские ВВС нанесли больше ударов по позициям умеренной сирийской оппозиции, чем по позициям ИГИЛ. Район операции российского бомбардировщика, сбитого во вторник, вообще находился вдали от опорных пунктов ИГИЛ – это указывает на то, что скоординировать действия международной коалиции в борьбе с общим врагом так и не удается.

Более того, идея Путина возобновить стратегическое партнерство с США была отвергнута Обамой в ходе их встречи 28 сентября в Нью-Йорке на периферии Генеральной Ассамблеи ООН. Президент Обама отказался признать Асада союзником в борьбе против ИГИЛ, и подверг критике политику России в отношении Украины – вопреки надеждам российского истеблишмента на то, что Вашингтон согласится «разменять» аннексию Крыма и санкции за Украину на поддержку в Сирии.

Еще один фактор – взаимное доверие между Вашингтоном и Москвой сегодня оставляет желать лучшего. В Белом доме считают, что Кремль преднамеренно попытался ввести Запад в заблуждение декларациями об участии в войне с ИГИЛ, тем временем планируя воздушные операции по поддержке сил режима Асада в их борьбе с умеренной сирийской оппозицией.

Следует также учитывать различие военных и политических целей сторон. Своей главной задачей Россия видит уничтожение оппозиции режиму Башара Асада. Администрация США обусловливает сотрудничество с Россией полным переключением ее военных усилий на борьбу против ИГИЛ. Российские связи с Ираном также ставят под сомнение возможность обмена разведывательной информацией.

Препятствием для установления даже ограниченного партнёрства в Сирии является и то, что Кремль видит этот кризис как возможность бросить вызов влиянию США в регионе, тем самым преподав урок Западу: отныне любая попытка смены власти демократическим путем в странах, которые Россия относит к сфере своих интересов, будет отвергаться, а в случае необходимости – подавляться силой.

Учитывая неизбежный для поля боя «туман войны», а также разницу стратегии и тактики участников конфликта, инцидент между Турцией и Россией, имевший место во вторник, 24 ноября, был, пожалуй, неизбежным. Его непосредственным результатом станет напряженность в отношениях между НАТО и Россией, что еще дальше отдалит перспективу урегулирования сирийского конфликта.

По итогам недавних переговоров президента Путина с высшим руководством Ирана очевидно, что Россия не откажется от поддержки Асада, и не пойдет на радикальные изменения своей стратегии. Инцидент со сбитым бомбардировщиком приведёт, как можно ожидать, к дальнейшему усилению военных ударов России по союзникам Турции в Сирии.

Все это, однако, никак не будет способствовать достижению целей России в регионе. Первоначально казалось, что внезапное военное вмешательство Москвы в сирийский кризис принесло ей некие дивиденды, но дальнейшее развитие событий и необходимость избежать новой эскалации противостояния поставили Россию в положение, из которого трудно будет найти выход.

Десоветизация и культурная реформа в Украине

Posted November 12th, 2015 at 8:28 pm (UTC+0)
341 comments

События Майдана 2014 года в Украине и последующее российское вмешательство дали новый толчок дискуссии по поводу будущего Украины. Протестующие свергнули коррумпированный пророссийский режим Януковича, который не желал вести страну путем интеграции в западные экономические институты и структуры безопасности.

Однако в самой Украине разногласия возникали и по поводу более глубоких проблем: украинской идентичности, культуры и истории, и особенно – отношения к России и советскому наследию. С одной стороны, Украина была одной из 15 социалистических республик с 1922 до распада СССР в 1991, многие советские лидеры были этническими украинцами.

С другой стороны, Украина также была жертвой советской власти. Голодомор 1922 и 1333 годов – результат кремлевской политики – стоит жизни, по разным оценкам, от 2,5-7,5 миллионов украинцам. Многие эксперты считают, что советские власти целенаправленно использовали искусственно вызванный голод для уничтожения людей, а, следовательно, совершили геноцид.

Оценка роли Украины во Второй мировой войне особенно сложна. Многие украинцы сражались в рядах советской армии против нацистской оккупации, в то время как другие в западных областях приветствовала вермахт, надеясь, что с помощью Германии удастся избавиться от сталинской власти.

После Евромайдана украинские лидеры попробовали решить очень сложный вопрос тоталитарного прошлого Украины, путем проведения политики десоветизации и культурной дипломатии.

9 ноября в Институте Кеннана в Вашингтоне состоялась дискуссия об эффективности этих реформ. Директор украинского Института национальной памяти Владимир Вятрович высказался в поддержку проводимых реформ. По его словам, целью Майдана была ликвидация тоталитарного наследия Советского Союза и последствий русификации украинского общества, которая осуществлялась в советскую эпоху посредством «этнической чистки» украинцев и геноцида.

Было решено открыть советские архивы, провести люстрацию ( очистив власть от чиновников и активистов, которые работали в администрации президента Януковича, и которые не ушли в оставку), реализовать образовательные программы в обществе и принять пакет законов, регулирующих проблемы наследия тоталитарного режима. Вятрович особенно отметил два закона.

Один – официально признал борцами за независимость всех, кто боролся за украинскую независимость в 20-м столетии, включая организации, поддерживавшие связи с нацистами. Второй – предусматривает уголовное наказание за публичный отказ от признания криминальной природы советского режима. Вятрович говорил об успехе Польше , которая пошла по этому пути. По его словам, кампания, направленная против тоталитарного наследия, началась в Украине позже, чем в Польше, так как несколько украинских правительств проводили политику, отвечающую интересам Кремля и поддерживались им.

Катерина Смаглий, директор Института Кеннана в Украине, согласилась с тем, что декоммунизация необходима Украине, однако выразила мнение, что снос памятников Ленину и переименование улице не должны заменить реальные экономические и политические реформы.

По ее словам, декоммунизация и десоветизация не могут быть насаждены сверху, и будут успешными только в результате активного обсуждения в обществе. Она обвинила государственную бюрократию в том, что та проводит эту кампанию довольно скучно и формально. В июне этого года, к примеру, правительство создало комиссию по государственному и патриотическому образованию, которая составила называемый «Черно-белый список» российских актеров и других деятелей культуры, которым запрещен въезд в Украину.

Смаглий считает, что одной из серьезных проблем в культурной сфере страны является систематическая неспособность к качественному подбору экспозиций музеев и художественных галерей. Эксперт призвала к новому культурному дискурсу в обществе, без наставлений «сверху» от профильных министров.

Несмотря на бюрократические проблемы, некоторые шаги в сфере десоветизации оказались успешными. По словам украинских экспертов, были согласованы различные исторические интерпретации окончания Второй мировой войны путем празднования Дня победы и 8-го, и 9-го мая. Проводятся совместные мероприятия, что позволяет несколько уменьшить разногласия между ветеранами советской армии и националистических организаций.
Разрушение символов ненавистного советского прошлого позволило «свободней дышать», как сказал недавно в интервью Economist один украинский военный.

Однако многие эти шаги также разделяют общество. Даже несмотря на то, что общее мнение насчет поворота на Запад консолидировано, разногласия по различным историческим вопросам существуют. Недавний опрос в областях юго-востока Украины показал, что распад СССР там воспринимается в негативном свете. Реабилитация анти-сталинских партизанских групп периода Второй мировой войны было негативно воспринято среди украинских евреев и этнических поляков.

Окончательной иронией, по словам Георгия Касьянова,представлявшего на мероприятии в Институте Кеннана Украинскую академию наук, стало то, что некоторые законы по декоммунизации напоминают коммунистический подход к решению проблем. Открытие архивов советского периода и распространение правды об истории – важные шаги для строительства социальной базы и достижения интеграции Украины. Однако невозможно изменить в законодательном порядке представления людей об истории.

Путинская авантюра и риски в Сирии

Posted November 6th, 2015 at 8:03 pm (UTC+0)
71 comments

30 октября министр иностранных дел России Лавров вместе с Госсекретарем Керри заявили, что группа стран, с подчас разными подходами к сирийской войне, достигли соглашения возобновить мирные переговоры с целью достижения прекращения огня.

Министры также договорились обратиться к ООН с предложением взять под контроль процесс ревизии конституции Сирии и проведение новых выборов в стране.
Более того, Лавров и Керри также согласились, что перемирие не будет касаться борьбы с «Исламским государством», к разгрому которого, как утверждают все участники переговоров стремятся, несмотря на различие в позициях. Эта декларация стала первой в своем роде, когда все внешние акторы договорились начать политический процесс, призванный положить конец вооружённому конфликту.

Однако серьезные разногласия остаются. Не было установлено крайнего срока для перемирия или же начала работы над новой конституцией и подготовки к выборам. Так же неясно, согласны ли с Венским форматом договоренностей сирийский президент Башар Асад , которого не пригласили на переговоры, или же повстанцы, стремящиеся свергнуть его режим.

Стороны также остаются разделенными по вопросу, должен ли Асад уйти с поста. Тем временем российские воздушные силы продолжают авианалеты в Сирии, нанося удары по оппозиции в западных и северо-восточных районах Сирии, а не по боевикам «Исламского государства», как утверждают российские СМИ.

Российская авантюра в Сирии уже достигла нескольких целей Кремля: укрепила сирийские военные силы, усилила сигнал Западу, что Москва поддерживает Асада, ограничила свободу маневра в сирийском небе военно-воздушных сил США и антитеррористической коалиции. Эта операция обеспечила России позицию неотъемлемого участника сирийского мирного процесса, без чьего согласия невозможно достичь никакого урегулирования.
Также эта операция отвлекла внимание от войны в Украине.

Российские медиа описывают операцию как доказательство того, что Россия вновь стала влиятельной мировой державой. Всего лишь за несколько недель кремлевская пропаганда добилась поддержки российской кампании в Сирии со стороны значительного большинства населения страны.

Кремль ищет дипломатическую формулу, которая позволила бы Асаду удержаться у власти, и, в то же время, предоставить шанс Западу списать его неудачи в стратегии борьбы с ИГИЛ. По этому плану Москвы, который поддерживает Иран, умеренная сирийская оппозиция должна выступить на стороне Асада в борьбе с «Исламским государством» в обмен на обещание «процесса политических реформ», результатом которого, скорее всего, станет сохранение за Асадом и алавитами их доминирующей роли в якобы реформированной политической системе. Российские призывы к сирийской оппозиции присоединится к правительственным силам для борьбы с ИГИЛ служат именно этой цели.

Однако Кремль серьезно рискует, усиливая свое участие в кризисе. Попытка России искусственно поддерживать Президента Асада может обернутся для нее такими проблемами, «которые трудно представить», как заявил американский генерал в отставке Джон Аллен в сенатском комитете 28 октября. (Аллен был главным координатором международных усилий по противодействию ИГИЛ). По его мнению, Россия просчиталась, став на сторону Асада против местных повстанцев.

Более того, по его словам, российское вмешательство не способно привести к серьезному перелому в войне без того, чтобы ввести сухопутные войска, что неминуемо напомнит россиянам войну СССР в Афганистане в 1980х, и будет чревато риском серьезных потерь в живой силе – перспектива, в политическом плане для Москвы неприемлемая. Длительное российское вмешательство в Сирии также несет риск вспышки терроризма внутри самой Российской Федерации.

Российское вмешательство также вряд ли принудит сирийскую оппозицию, США, Саудовскую Аравию, Турцию согласиться с позицией Москвы по поводу будущего Башара Асада, так как взгляд Кремля на политическое устройство Сирии слишком разнится от позиции Запада и стран Персидского залива.

Для Кремля цели этой войны – подавление очередной «цветной революции», которая пытается свергнуть «законное» сирийское правительство под видом борьбе с терроризмом, а также закрепление постоянной российской роли в этом регионе.

Для Запада этот конфликт – гражданская война, восстание сирийского народа против диктатуры Асада. Для Саудовской Аравии, Катара, Турции – это война против подавления суннитского большинства алавитами, шиитами и другими меньшинствами, а также противодействие экспансионизму Ирана.

Одним из показателей влияния российской внешней политики на Сирию (и, как я считаю, провала американской) стало то, что сирийское правительство и оппозиция могут встретиться в Москве на следующей неделе для обсуждения урегулирования конфликта. В последние дни даже курдские лидеры, враждебно относившиеся к режиму Асада, активизировали контакты с Россией. Пока что похоже, что все эти подвижки носят краткосрочный характер. Сирийская армия, несмотря на поддержку российских и иранских военных, пока что не достигла крупных стратегических и тактических целей, за исключением некоторых местных успехов. Противовесом мощным военным возможностям Москвы стала решительность и боевой дух повстанцев.

Кремль надеется, что многосторонние переговоры приведут к политическому урегулированию, что позволит свернуть военные операции и провозгласить победу. Однако, учитывая глубокие политические разногласия сторон, Москва скорее окажется перед выбором: либо увеличивать военное вмешательство, либо согласиться с патовой ситуацией, напоминающей ту, с которой она столкнулась в восточной Украине.
Кремлю тогда придется искать способы скрыть тот факт, что широко разрекламированное вмешательство в Сирии не принесло стратегической победы.

В поисках Владимира Путина

Posted October 28th, 2015 at 5:26 pm (UTC+0)
30 comments

«Владимир Путин – кто он?» – многие задавались этим вопросом еще с тех времен, когда 15 лет назад тогдашний президент России Борис Ельцин выбрал своим преемником этого бывшего офицера КГБ. С тех пор многие эксперты пытались ответить на этот вопрос в многочисленных книгах, статьях и интервью, с весьма противоречивыми результатами.

По одним оценкам, Путин – авторитарный душитель свобод, который разрушит Россию, по другим – сильный лидер, который возродил могущество России, он либо коррумпированный бандит (как назвал его в США один из кандидатов в президенты от Республиканской партии), либо – жестокий властитель в духе исторической российской традиции.

Западные СМИ часто изображают его злодеем из фильма о Джеймсе Бонде, в то время как дома его считают национальным героем. Сложность изучения его личности усугубляется наличием фактических пробелов в карьере. Интерпретации так разнятся, что один западный эксперт усомнился, в шутку, а существует ли Путин вообще? Другой с сарказмом предположил, что Путин – это либо вообще некая голограмма, на которую эксперты проецируют свои собственные домыслы, или же просто искусный муляж, созданный кремлевской пропагандой. Точная оценка этого человека еще более усложняется из-за различий во мнениях по поводу роли, которую он играет в российской политической системе.

Его часто рассматривают как главу авторитарной «вертикали власти», где каждый его приказ неукоснительно исполняется запуганными подчиненными, и навязывается пассивному обществу. Однако история его пребывания на вершине власти также свидетельствует о том, что он также возглавляет и «горизонталь власти» – систему различных центров влияния на федеральном и региональном уровнях, которая фактически ограничивает его полномочия.
Власть Путина также ограничена неформальным, постоянно меняющимся переплетением политики элит, где он выступает как арбитр и постоянно ищет баланса.

Опубликованные недавно три книги о Путине, авторами которых являются известные эксперты по России, ставят целью прояснить ситуацию. Авторы книги «Мистер Путин: Оперативник в Кремле» Фиона Хилл (Fiona Hill) и Клиффорд Гэдди (Clifford Gaddy) пытаются ответить на вопрос: «Кто такой мистер Путин?». В этой расширенной и переработанной версии предыдущей книги, высоко оцененной критикой, авторы говорят о том, что существует как бы несколько Путиных. Его мировоззрение, полагают авторы, сформировалось под воздействием наслоившихся архетипов российской политической культуры, его собственного понимания истории, его подготовка в системе КГБ, служба в Восточной Германии, Санкт-Петербургский этап в 1990-х, а также последовавший период его «теневой» карьеры в Москве.

Путин также пропустил охватившую тогда страну эйфорию периода «перестройки». Результатом всех этих факторов стало создание им иерархической, персонализированной системы, в которой Путин играет роль главного менеджера и царя, осуществляя контроль путем селективного применения методов принуждения и шантажа. Особенно интересны последние главы книги, которые описывают упадок отношений с Западом с тех пор, как Путин вернулся в президентское кресло, и российское вторжение в Украину – что, по мнению авторов, соответствует описанным в начале книги различными гранями его личности.

Как это бывает с попытками психологического анализа значимых политиков, выводы получаются подчас весьма спекулятивными: в прошлом Путина остаются «черные дыры» – периоды, о которых мы вряд ли что узнаем. Архетипы характера президента, представленные в книге, тоже слишком упрощены.Тем не менее, Фионе Хилл и Клиффорду Гэдди удалось создать взвешенный и в целом убедительный портрет личности Путина и государства, которым он управляет.

Книга «Новый царь: взлет и правление Владимира Путина» – тоже весьма впечатляющая новая биография Путина, написанная бывшим московским корреспондентом New York Times Стивеном Ли Майерсом(Steven Lee Myers). Он подробно описывает лишения, испытанные в детстве Володей Путиным в Ленинграде, ранние этапы его карьеры и восхождения к власти, его мотивацию, то, как ему удалось сосредоточить власть в своих руках, каким нынешний российский президент видит мир.

Как пишет Майерс, жесткий, националистический стиль правления Путина нацелен на то, чтобы вернуть влияние России в мире. Автор особо отмечает подавление несогласных внутри страны и шаги по ограничению влияния олигархов в ранние годы правления Путина. Майерс менее, чем Хилл и Гэдди, уделяет внимания формированию российских традиций. Если можно найти минус в такой сильной работе, наверное, это то, что автор чересчур узко фокусирует внимание лишь на самом Путине, а не на системе, которой он управляет.

«Имперская авантюра: Путин, Украина и новая холодная война» –еще одна книга о Путине принадлежит перу журналиста-ветерана Марвин Калба (Marvin Calb). Как следует из названия, автор особое внимание удаляет анализу решений российского президента в период украинского кризиса. Калб считает, что цели Путина – ослабление НАТО и подрыв влияния США в Европе. По мнению автора, будущее мирового порядка зависит от решения украинского кризиса. Он также считает, что в центре конфликта лежит столкновение интересов Украины и России.

Единственным разумным решением, полгагает Калб, является то, чтобы Украина и Россия поняли, что их будущее неразрывно связано властными интересами, политикой и историей. Как следует из книги и предыдущих комментариев Калба в СМИ, “Путин выиграл свою войну в Украине». В период нерешительности Запада и его отступления, Путин последовательно и неотвратимо ведет дело к «замораживанию» украинского конфликта, считает автор.

Однако проблема анализа Калба в том, что он наделяет Путина куда большей хитростью и контролем над ситуацией, чем это имеет место на самом деле. Если конфликт в Украине и заморожен, то это не только из-за «нерешительности Запада и его отступления», но и из-за просчетов Кремля.

Путин рассчитывал, что русскоговорящее население востока Украины выступит против Киева, что украинцы вряд ли станут воевать. Он недооценил сплочение и решительность Запада. Даже если он и пошел на замораживание конфликта, пусть и временное, то это произошло потому, что это оказалось наименьшим злом из еще более плохих для него политических сценариев. Калб также, похоже, разделяет упрощенную и по многим важнейшим моментам фальшивую пропагандистскую установку Кремля о якобы общих «культуре, языке и истории» России и Украины.

Ключевым вопросом, конечно, является вопрос о будущем России. Путин отметил свой 63-летнюю годовщину в октябре, ожидаемой демонстрацией своих спортивных достижений и объявлением о том, Россия приступила к нанесению ракетных ударов по противникам режима Ассада в Сирии. При этом он как никогда выглядел уверенным в своей власти. Однако среди его окружения заметны признаки раскола в связи с экономическими проблемами России – можно предположить, что следующий период путинского правления будет более сложным, чем предыдущий.

В той или иной степени, все три книги, презентация которых прошла в Вашингтоне в октябре 2015 г., демонстрируют, что Путин и система, которой он управляет, являются как продуктом российской истории и политической культуры, так и отступлением от них. Такой подход предполагает, что уход Путина улучшит перспективы для российского демократического будущего. Но даже если будущий новый президент России и окажется менее склонным к риску и нарциссизму и более гибким, навряд ли он или она смогут легко и по собственной воле привести страну в сообщество стран Запада.

Грузия в тени украинского кризиса

Posted September 28th, 2015 at 10:22 pm (UTC+0)
53 comments

Аннексия Крыма Россией и ее вторжение на территорию Украины переформатировало геополитическую карту Европы и вызвало тревогу в Грузии как на уровне официальных лиц, так и среди общественности. Согласно эксперту региона Корнелия Какачиа, с учетом традиционно близких отношений с Украиной, грузины видят свою дальнейшую судьбу тесно связанной с украинской. В 2014 среди 4,000 грузин, опрошенных Национальным демократическим институтом, половина респондентов сказали, что Россия представляет собой « реальную существующую угрозу». Это значительно больше, чем до начала украинского кризиса, в ноябре 2013.

Многие грузины считают, что действия России в Украине – это повторение того, что произошло в Грузии в 2008: раздача российских паспортов, наращивание военной группировки и заявление Кремля о том, что военная интервенция в соседних странах необходима для защиты «интересов российских соотечественников».

Есть также и более существенные причины для беспокойства. В результате непродолжительной войны между Россией и Грузией в 2008 на территории сепаратистского региона Абхазии оказались три с половиной тысячи российских военнослужащих. Еще около 4 тысяч размещены на грузинской территории в Южной Осетии. Когда разразился украинский кризис, Тбилиси предоставил политическую и гуманитарную поддержку Киеву. Среди добровольцев, вызвавшихся сражаться за территориальную целостность Украины, есть и грузинские граждане.

Несмотря на то, что между ситуацией в Грузии и Украине есть значительные различия, обе страны считают, что они ведут борьбу ради общей цели – против российского диктата на постсоветском пространстве. Результатом их объединенных усилий стало создание региональной организация ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан и Молдова), одной из целей которой было противодействие российской гегемонии в регионе.

Сейчас, когда в обеих странах произошли прозападные революции, они стали еще больше идентифицировать себя с НАТО, ЕС и США как с партнерами в обеспечении безопасности.
По словам Корнелия Какачиа, недавнее подписание соглашений об ассоциации с ЕС еще больше сплотило Грузию и Украину, которые вместе с Молдовой продемонстрировали свои намерения быть вместе с ЕС. Некоторые грузины также уверены, что вялая реакция Запада на российское вмешательство в Грузии в 2008 дало России основания считать, что захват Крыма тоже сойдет ей с рук.

Украинский вопрос также стал фактором в грузинской внутренней политике. В период своего президентства Михаил Саакашвили установил личные отношения с Виктором Ющенко и Юлией Тимошенко. «Единое национальное движение» Саакашвили установило формальные отношения с ведущими украинскими партиями. В 2010 он открыто выступил в поддержку Тимошенко в ее борьбе за президентское кресло с Виктором Януковичем, и направил наблюдателей для мониторинга выборов в Донецк, в центр политического влияния Януковича. Между Грузией и Украиной также тесные экономические связи.

За последние месяцы отношения между официальными Тбилиси и Киевом осложнились тем, что новое украинское правительство привлекло к работе членов команды Саакашвили. Популярность самого бывшего президента Грузии резко снизилась в результате войны 2008 и злоупотреблений властью, допущенных его администрацией. (Правоохранительные органы Грузии требуют, чтобы он дал показания по делу об обстоятельствах смерти бывшего премьер–министра Зураба Жвании).

Грузинское правительство выступило против недавнего назначения Саакашвили губернатором Одесской области, так как это, по мнению Грузии, при этом была проигнорирована позиция официального Тбилиси.

Все эти вопросы оказались в центре внимания конференции «Новый геополитический ландшафт Европы», которая прошла 7-8 сентября в Тбилиси. Ее спонсорами выступил Институт Маккейна и грузинский Центр исследований экономической. Организаторы пригласили экспертов и чиновников из регионов, которые наиболее пострадали из-за агрессивной внешней политики Кремля – из бывших советских республик, а также из ЕС и США.

Целью конференции было обсуждение перспектив развития в регионе в сфере безопасности, экономики и политики. Участники согласились с тем, что несмотря на вызовы, брошенные реваншистской Россией, критически важно сохранить единый и консолидирующий взгляд на Европу как неделимый, свободный и мирный регион, несмотря на вызовы, брошенные реваншистской Россией.

Как говорили на конференции, именно Грузия представляет собой страну, которая в данном контексте является наиболее продвинутой демократией и рыночной экономикой, однако важно продолжать реформы. Участники конференции из Грузии редко упоминали Саакашвили, который уже стал противоречивой фигурой как в Украине, так и ее «Большого северного соседа».

Однако каким бы ни было отношение к Михаилу Саакашвили, оно не станет серьезным препятствием для партнерства между Украиной и Грузией, от которого обе страны выиграют. С одной стороны, несмотря на то, что Грузия и Украина установили тесные связи с Западом, ясно, что Киев, ни Тбилиси не смогут убедить ЕС и США принять участие в их военном противостоянии с Россией.

С другой стороны, грузинские и украинские официальные лица говорили о большей поддержке со стороны НАТО, несмотря на то, что ни Украина, ни Грузия не стоят на прямой дороге к членству в Альянсе.
Хотя выбор направления – Запад – для Киева и Тбилиси выглядит постоянным, у экспертов существуют опасения, что гибридная война России против Украины будет иметь долгосрочные последствия для динамики в сфере безопасности на Южном Кавказе, а также политического ландшафта в Грузии , где все еще остаются старые пророссийские силы, и возникают новые.

Сыр – под бульдозеры, тюльпаны – в печку

Posted August 27th, 2015 at 6:23 pm (UTC+0)
298 comments

Каждое лето российский политический класс размышляет: а какой на этот раз будет очередная версия  «Августовского проклятия» – печальной традиции, возникшей на закате существования Советского Союза, когда последний месяц лета приносил всяческие потрясения: катастрофы, теракты, путчи, кровпролитие, или какие-либо иные чрезвычайные события?

Нынешний август войдет в историю России как месяц абсурда. 6 августа, год спустя после того, как Россия запретила импорт продуктов из ЕС и США в ответ на санкции Запада в связи с Украиной, российские власти  начали кампанию по уничтожения незаконно ввезенных сельхозпродуктов, включая мясные и молочные.

По всей стране местные инспекторы в порыве энтузиазма, призванного впечатлить Кремль своей изобретательностью, взялись за дело. К полудню первого дня Россельхознадзор  объявил, что уже уничтожено 55 тонн персиков, нектаринов и помидоров в Смоленске, 20 тонн сыра – в Оренбурге, и еще 9 тонн – в Белгороде. Это российское ведомство также заявило, что в Москве было изъято 28 тонн импортной  мясной продукции и 28 тонн польских яблок и помидор. В последующие дни кампания быстро распространилась на другие товары – в печь отправились голландские тюльпаны, которые, по версии властей, могли быть заражены вредителями. Более вероятным выглядит мнение, что этот шаг должен был отразить недовольство Кремля тем, как  Нидерланды ведут расследование по делу «Боинга», сбитого над контролируемой сепаратистами территорией на востоке Украины прошлом летом. Говоря об уничтожении продуктов, один рьяный российский чиновник предупредил: «Это не разовая кампания, это серьезная работа».

Все это безумие нашло восторженное отражение в российских СМИ, подчас казалось, что перед нами некая пародия российской политической жизни. Запрещенные товары были представлены либо как потакание экстравагантным прихотям буржуазии, либо как опасные продукты, направленные Западом в Россию, чтобы отравить ее жителей.

В одном из видео, получивших широкую популярность, российский бюрократ с важным видом зачитал приговор трем замороженным гусям в вакуумной упаковке, которых на глазах у свидетелей экзекуции сначала аккуратно разложили на земле, а затем раздавили несколько раз бульдозером.  Позднее местные власти подвергли переусердствовавших чинуш критике – несчастные гусиные тушки следовало бы не давить, а сжигать.

Целью запрета на импорт продуктов в прошлом году со стороны Кремля было поднять волну ура-патриотизма в России, и показать Западу своего рода «фигу в кармане».

Предполагалось также, что эта кампания позволит помочь собственному сельскохозяйственному производству, которое давно страдало от недостаточно развитой инфраструктурой, отсутствием стимулов для модернизации и неустойчивых климатических условий.

Однако на самом деле запрет стал ударом по российским потребителям как раз в тот момент, когда они ощутили серьезное падение уровня жизни – впервые с тех пор, как Путин пришел к власти. Несмотря на то, что запрещены были лишь некоторые импортные продукты, за последний год средняя стоимость продовольственной корзины в России выросла почти на 20%. Кремль безуспешно пытался притормозить рост цен, нарастить объёмы внутреннего производства и найти новые источники поставок за пределами ЕС.
Удар для российских потребителей был немного смягчен наличием «черного рынка»: страны, которым запретили ввоз продукции в Россию, пересылали ее через Беларусь и Казахстан. Когда ранее в этом году российские власти попытались закрыть эту лазейку, поставщики стали подделывать сертификаты, чтобы скрыть реальную страну-производителя. К тому же – провозить прошутто, горгонзолу и другие деликатесы позволяла коррумпированная российская таможня.

Тогда Путин подписал указ об уничтожении этой контрабанды. Однако снижение поставок продуктов, откуда бы они ни поступали, и как бы эффективно их ни уничтожали,  означает лишь одно – имеющиеся на рынке продукты будут стоить россиянам еще дороже. Все это лишь еще больше обогатит олигархов, таких как министр сельского хозяйства Александр Ткачев, который, как пишут, и предложил уничтожать продукты, чтобы защитить интересы контролируемой им агропромышленной монополии в Краснодаре. Ткачев только выигрывает от запрета на иностранный импорт.

Как пытается убедить россиян кремлевская пропаганда, запрет на импорт иностранных продуктов стал серьезным ударом по ненавистному Западу. Однако в реальности  потери европейских сельскохозяйственных производителей оказались намного меньше, чем утверждает Москва.

Секторы европейской экономики, которые оказались под российскими санкциями, смогли найти альтернативные рынки.

В то время как на Россию приходилось 10% всего агропромышленного экспорта  ЕС, (продукты, подпадающие под российский запрет, составляли еще меньше – 4%), за период  с августа 2014 по май 2015 общий объем этого экспорта  из стран ЕС не только не сократился, а наоборот – вырос на 5%. В ответ на санкции Кремля Еврокомиссия выделила деньги для стабилизации агропромышленных рынков.

В стране, которая не раз пережила трагические времена голода, причем даже в новейшей истории, ( и вина за которые в значительной степени лежит как раз на властях) – нельзя не задаться следующими вопросами.  Во-первых, будут ли россияне, одна пятая которых живет за чертой бедности, просто стоять и наблюдать за тем, как сжигают продукты? Во-вторых, подорвет ли такая политика поддержку Путина?

Ответы на эти вопросы пока неоднозначные. Несмотря на то, что, как показывает недавний опрос Левада-центра, россияне в целом поддерживают запрет на иморт продуктов с Запада, почти половина населения негативно оценивает их уничтожение. Петиция в Интернете, на сайте Change.org, с призывом к Путину отменить указ, собрала более 300, 000 подписей.

Но скорее всего большинство россиян просто затянут пояса, несмотря на то, что они реально думают.  Как пишет газета New York Times, уничтожение продуктов было прежде всего сделано для телевизионных камер, и что все равно санкционные продуты будут доступны через нелегальные источники.

Пока явного эффекта на уровень поддержки Путина эти события не оказали, для многих россиян он продолжает оставаться неким символом противостояния вымышленной иностранной «угрозе», несмотря на то, какими бы глупыми не были формы этого противостояния.

Однако сама камапния по уничтожению продуктов  является еще одним показателем того, что российская власть – особенно сам Путин и его ближайшее окружение – находится в растерянности, нервничает и допускает импульсивные действия.  Запад оказался более сплоченным и решительным в своих действиях в отношении проблемы Украины, чем на это рассчитывали российские элиты, и похоже, что у Кремля остается все меньше вариантов реакции на происходящее.

Дональд Дженсен

Вашингтонские аналитические центры и российское влияние

Posted August 12th, 2015 at 6:40 pm (UTC+0)
176 comments

Статья Джейми Керчика, под названием «Как вашингтонские аналитические центры поддались влиянию Путина», опубликованная 27 июля в онлайн-газете The Daily Beast, вызвала широкий резонанс в экспертных кругах американской столицы. Статья обвиняла «Фонд Карнеги за международный мир», который долгое время является одним из самых авторитетных мировых центров анализа проблем России, в том, Фонда стал своего рода «Троянским конем» влияния Кремля в экспертном сообществе.

Обвинения выдвигались серьезные: во-первых, в том, что за последние годы фонд «очистил ряды» своего влиятельного Московского центра, который возглавляет Дмитрий Тренин, от экспертов, критикующих российскую политику, а также стал избегать программных тем (особенно по вопросам внутренней политики России и войне в Украине), которые могут спровоцировать Кремль на закрытие московского офиса.

Вторым обвинением является то, что эксперты Карнеги, и особенно Тренин, вице-президент Эндрю Вайс и Евгений Румер, директор российской программы, опубликовали статьи, которые якобы недостаточно критикуют российскую политику, чтобы, как пишет Керчик, обеспечить доступ экспертов Карнеги в Кремль. (Статья критикует Вайса, Томаса Грэхема – бывшего сотрудника Карнеги и члена национального совета безопасности, сейчас работающего в «Kissinger Associates», и Румера за участие в неформальной дипломатической деятельности с российскими лицами, которая способствует продвижению российских интересов.) В-третьих, статья утверждает, что работа Вайса в консультативной группе бывшего госсекретаря Олбрайт (имеющей бизнес в России) создает конфликт интересов, поскольку связи Вайса с этой фирмой не указаны в публикациях Карнеги.

Статья также предполагает, что Фонд Карнеги умерил критический тон своих статей с целью защиты предполагаемой финансовой поддержки – или из российских источников, или же от представителей американского бизнеса, которые стремятся обойти санкции Запада против России.
Реакция в экспертных кругах на статью была острой, хотя и неоднозначной.

Комментарии на нее стали отражением реакции экспертов на аналитическую линию Фонда Карнеги. Хотя многие авторитетные эксперты в социальных сетях приветствовали статью Керчика, наиболее видным защитником Фонда выступил Леонид Бершидский. По мнению последнего, тот факт, что Московский центр Карнеги до сих пор действует, не обязательно означает, что он симпатизирует Кремлю. Бершидский высоко оценил роль Карнеги как канала контактов с российским руководством. Он отрицал также, что анализ Центра имеет прокремлевскую ориентацию, и поддержал мнение тех, кто выступает в защиту его московского филиала и утверждает, что более умеренный подход к Кремлю является вполне обоснованным. Бершидский в своих комментариях мало упоминал о возможном конфликте интересов руководства Карнеги.

Учитывая, что достоянием общественности в лучшем случае станет лишь часть достоверной информации, трудно оценить обвинения, опубликованные в The Daily Beast. Во-первых, мало сомнений в том, что Карнеги действительно стал беднее интеллектуально из-за потери разнообразия голосов, что отличало данный центр от других всего несколько лет назад. Также практически невозможно установить, заставили ли этих экспертов уволить в угоду Кремлю, или же были другие причины. Во-вторых, аналитическая работа Карнеги часто, как кажется, прилагает усилия, для того, чтобы понять российскую точку зрения – особенно в вопросе позиции Москвы в отношении национальных интересов России – причем делает это часто в ущерб другим взглядам.

К примеру, взгляд Фонда на войну в Украине часто отрицает, что существует украинская позиция и украинский взгляд на будущее, и уж тем более его эксперты не пытаются понять, на чем эта позиция основывается. Это вообще недостаток многих аналитических усилий в Вашингтоне, однако из этого не следует, что все это объясняется желанием угодить Кремлю.

Более сложным является вопрос, пытается ли Карнеги защитить свои различные финансовые интересы. Прошлой осенью газета New York Time обнаружила, что за последние годы более десятка вашингтонских исследовательских групп получали миллионы долларов от иностранных правительств, одновременно пытаясь оказать давление на американских чиновников, чтобы поспособствовать политическим решениям, отвечающим интересам спонсоров. Многие аналитические центры не обнародуют условия своих договоров с иностранными государствами и не зарегистрированы американским правительством. Некоторые юристы считают, что это выглядит как нарушение федеральных законов.

Ведущие аналитические центры настаивают на том, что доноры не оказывают влияния на их исследования, поэтому они не являются иностранными агентами и не должны регистрироваться.
Фонд Карнеги отвечает требованиям большинства показателей транспарентности. Организация Transparify, которая занимается мониторингом деятельности аналитических центров, в своем докладе за 2015 год оценивает Фонд как «в основном прозрачный» в отношении донорской ситуации. Доказательства российских взносов отсутствуют.

С другой стороны, проблема не столько в финансировании, сколько в доступе к российским чиновникам, утверждает процитированный в статье Daily Beast источник.
«Мне это больше напоминает советский период. Постепенно прокрадывается незаметная самоцензура. Другой известный эксперт с сарказмом предложил, чтобы фонд поменял свое название на «Фонд Карнеги за международное влияние», так как, похоже, это стало его главной задачей.

К сожалению, мы никогда точно не узнаем, насколько точными являются обвинения статьи. Фонд продолжает делать большую работу, включая российскую тематику. Стать в The Daily Beast, не повлияет на работу Фонда или его аналитические походы. Как следует из этой публикации, трудно быстро изменить вектор большой, сложной структуры без причинения ей косвенного ущерба.

Результат, справедливо это или нет, будет более скрытым – это отразится спонсорах Фонда, которые впредь не раз подумают, прежде поддерживать Центр финансово, и читателях – которые раньше безоговорочно принимали доклады Фонда Карнеги, не подвергая сомнению мотивы его поредевшего, но все еще внушительного состава экспертов.

АВТОР

Автор

Дональд Дженсен – аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса. Дон Дженсен пишет на темы внутренней и внешней политики России, отношений России и США и стран бывшего Советского Союза. С 1996 -2002 он занимал должность заместителя директора Радио “Свободная Европа”/ “Радио Свобода” в Праге, а с 2002-2008 – директора департамента аналитики Радио “Свобода” в Вашингтоне.  С 1985 по 1996 Дженсен находился на дипломатической работе, работал в посольствах США в Москве и Софии. В 1987 -89 годах – участник переговоров об ограничениях стратегических вооружений, первой инспекции советских ракетных баз. Дон Дженсен имеет степень доктора наук и магистра Гарвардского университета, а также степень бакалавра Колумбийского университета.

О БЛОГЕ

O блоге

Столица США – это не только административный, исторический и культурный центр страны. Вашингтон – это город, в котором сосредоточены многочисленные авторитетные «фабрики мысли», институты и фонды, цель которых – помочь политикам в трансформации научных идей в практику. В своем блоге Дон Дженсен будет знакомить читателей с интеллектуальным продуктом этих аналитических центров – идеями и решениями, дискуссиями и докладами, личными наблюдениями и выводами на тему американо-российских отношений,  международной и региональной политики.

НАШИ БЛОГИ

КАЛЕНДАРЬ

August 2016
M T W T F S S
« Jan    
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031