Москва-Минск: союз диктаторов или прагматическое партнерство?

Posted July 18th, 2012 at 7:15 pm (UTC+0)
44 comments

Фото АР

Фото АР

Не успели утихнуть дискуссии по поводу первого зарубежного визита старого-нового президента РФ Владимира Путина в Белоруссию, как в Минск уже отправился второй участник российского «тандема» Дмитрий Медведев. 18 июля он принял участие в заседании Совета министров Союзного государства. Программа этого мероприятия была крайне насыщенной. Она охватывала широкий комплекс вопросов, начиная от бюджета «странного Союза» (у которого с момента подписания Договора о его создании 8 декабря 1999 года так и не появилось общего президента) и заканчивая «топливно-энергетическим балансом». Фактически речь идет о продолжении политики субсидирования ближайшего союзника России в Евразии. Минск активно поддерживает интеграционные евразийские интеграционные начинания Кремля. И поэтому полагает возможным рассчитывать на взаимность.

Между тем, вопрос о «цене дружбы» не раз вставал в повестке дня двусторонних отношений. И «топливно-энергетические инструменты давления» не раз включались Кремлем для доказательства своей правоты. Мастер острых афоризмов Владимир Путин именно на белорусском примере предложил «отделять мух от котлет», то есть провести черту между весьма прагматическими интересами Александра Лукашенко к российским финансовым средствам, и его декларациями о бескорыстном стремлении народов к сближению. Собственно говоря, отношения лидеров РФ и белорусского «батьки» никогда не были безоблачными, сколько бы кто ни писал про «союз постсоветских диктаторов».

Интеграционная риторика для Минска всегда была лишь одной из сторон медали.

Сколько бы Александр Лукашенко ни клялся в верности идеям братства и единства, как политик, создавший и укрепивший режим личной власти, он совсем не грезит об утрате своего эксклюзивного влияния на вопросы власти и собственности в подведомственной республике. И, конечно же, он не готов к тому, чтобы напрямую увязывать вопросы финансовой помощи из РФ с превращением в белорусского администратора Кремля. Отсюда и стремление к сохранению внешнеполитической самостоятельности. Чего стоит одна только история с затягиванием вопроса о признании Абхазии и Южной Осетии и демонстративные знаки уважения к Михаилу Саакашвили, который в Кремле считается нерукопожатной персоной!

Многократно Москва и Минск выплескивали свои расхождения в публичном пространстве. И обозреватели столь же часто предрекали конец «особых отношений» двух стран и скорый политический финал для строптивого Лукашенко. Однако снова и снова все возвращалось к той или иной модели субсидирования в обмен на интеграционные и союзнические устремления. Непраздный вопрос, какие выгоды получает от этого Москва? Ведь помимо испорченной репутации «батьки» на Западе, в Кремле прекрасно понимают, что у официального Минска есть свои эгоистические интересы, далеко не во всем совпадающие с российскими подходами.

Обычно наблюдатели, пишущие о российско-белорусских сюжетах указывают на идеологическое и моральное родство двух режимов, а также на фактор советской ностальгии. Спору нет, эти моменты надо учитывать. Но переоценивать их не стоит. Образ «общего советского прошлого» действительно мощно эксплуатировался в 1990-х годах, когда национальное сознание многих россиян и белорусов было травмировано Беловежскими соглашениями и распадом некогда единой страны. Но впоследствии эта тема перестала играть ведущую роль, на первый план вышли прагматические соображения. То же относится и к вопросу о «союзе диктатур». Хочу напомнить, что интеграция двух бывших республик СССР началась не при Владимире Путине, а при Борисе Ельцине, когда РФ не без основания рассматривалась в соседних с ней странах, как пример для процессов демократизации и рыночных реформ. Углубляться в анализ экономических и социальных различий России и Беларуси в рамках небольшого блока не представляется возможным. Но зафиксировать принципиально важный тезис необходимо. Российская экономика по сравнению с белорусской системой намного более либеральна и интегрирована в международные процессы.

И даже если представить себе уход Лукашенко с политической арены, далеко не факт, что белорусский политический класс начнет, «задрав штаны», убегать от России. Слишком много общих «завязок» имеют две страны. Во времена Союза ССР в Беларуси находилось 120 предприятий ВПК, включая и 15 специализированных НИИ и конструкторских бюро. В постсоветский период большинство этих мощностей белорусским властям удалось сохранить. И сегодня около 400 российских предприятий являются партнерами белорусской «оборонки». В Россию идут такие важные поставки, как прицельные системы для бронетехники, пилотажно-навигационные комплексы для самолетов, шасси для подвижных стратегических ракетных комплексов. И все это не только специализированная продукция, но и рабочие места, контракты и многие другие не менее важные аспекты. С этими сюжетами придется иметь дело любому руководителю Беларуси, какая бы фамилия у него ни была. Помимо этого в республике также находится уникальная система ПВО, которая обеспечивает защиту западных российских рубежей, и потеря которой чревата не только большими финансовыми издержками, но и проблемами в сфере безопасности. Помимо этого для России Белоруссия является важными торгово-экономическими воротами на Запад. И общее пространство в сфере таможенного регулирования крайне важно для обеих стран. Тем паче, что гипотетический уход Лукашенко вряд ли автоматически совпадет с инвестиционным дождем для белорусской экономики.

Таким образом, отнюдь не патологическая неприязнь к демократии заставляет Москву развивать отношения с Минском. Отношения непростые и полные противоречий. Конечно, Кремль можно упрекнуть и в отсутствии диверсифицированной политики, и в неумении искать альтернативы нынешнему белорусскому президенту. Но при этом не стоит забывать, что, во-первых, сама оппозиция Лукашенко не является однородной. Она  объединена разве что на основе неприятия политики «батьки». Во-вторых, многие ее лидеры (по крайней мере, в риторике) пытаются с водой выплеснуть и ребенка, подвергая критике необходимость и обоснованность интеграции с большим соседом. Которая диктуется, повторюсь, не прихотями Лукашенко, а многими особенностями социального и экономического развития Беларуси переходного периода. В итоге интеграция и партнерство оказались для Москвы зарифмованы с личностью Лукашенко. Хотя «развести» эти сюжеты Кремль пытался и не раз. Очевидно, что в своем критическом пафосе российское руководство не хотело бы поставить под удар прагматически выгодное партнерство.

Автор – Сергей Маркедонов, приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований, США, Вашингтон

Leave a Reply to Anonymous Cancel reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

O блоге

O блоге

Евразия — величайший материк на Земле. Экспертный анализ событий в России, на постсоветском пространстве и в примыкающих регионах.

Об авторе

Об авторе

Сергей Маркедонов

Сергей Маркедонов – приглашенный научный сотрудник вашингтонского Центра стратегических исследований, специалист по Кавказу, региональной безопасности Черноморского региона, межэтническим конфликтам и де-факто государствам постсоветского пространства, кандидат исторических наук. Автор нескольких книг, более 100 академических статей и более 400 публикаций в прессе. В качестве эксперта участвовал в работе Совета Европы, Совета Федерации, Общественной палаты РФ. Является членом Российской ассоциации политической науки и Союза журналистов РФ.

Наши блоги

Календарь

July 2012
M T W T F S S
« Jun   Aug »
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031